Сайт Мальчиша-Кибальчиша


Главная arrow Оружие и технологии arrow Заслуги Путина. Часть четвёртая.
11.12.2017 г.
Разделы
Партнёры


Реклама

Заслуги Путина. Часть четвёртая.

Печать E-mail
(96 голосов)
Автор Максон   
22.03.2012 г.
Дмитирий Козак, один из главных реформаторов президентской команды
Есть ли у Вас план, мистер Путин?

Четыре года назад, во время избирательной кампании в Думу "Единая Россия" изобрела новый слоган - "план Путина". На самом деле речь шла не о плане, где была бы сформулированная президентом некая стратегия, это был просто слоган, некое идеологическое клише, используемое только в избирательных технологиях. В чём конкретно состоял сам план партия "Единой России" толком объяснить так и не смогла. О том, что это именно избирательный трюк и не более того, сами единоросы доказали позже в избирательной кампании мэра Екатеринбурга пытаясь отстоять авторское право на термин "план Путина". Там их конкурент использовал данное словосочетание не купив на это лицензию. Более "медвежьей" услуги единоросы придумать для Путина не могли. Отстаивать авторское право партии на "план Путина" означает отсутствие этого права даже у самого Путина с одной стороны, а с другой - что "план Путина" не более чем термин, за которым никакого плана и нет.


Это при том, что всё же сама стратегия, которая формировала политический курс команды президента есть и дала свои плоды. И мы подошли, наконец, к тому моменту, когда её можно уже обсудить - ведь так или иначе Путин был президентом восемь лет не считая время на посту премьера, тут есть результаты. Хотя перед этим придётся признать, что сам президент Путин никогда свою программу чётко не формулировал. Ни в известных выступлениях президента, ни в ежегодных посланиях Федеральному собранию никаких конкретных планов реформ перечислено не было. Но реформы всё же были и весьма кардинальные. И, пожалуй, были причины, чтобы не афишировать их раньше времени.

Чтобы сформулировать общие характеристики политического курса Путина, собственно одних реформ, как изменений законов страны, мало. Очень многое делалось в рамках уже действующих законов - как оказалось эти рамки достаточно широки, чтобы менять находящуюся внутри них реальность очень сильно. Однако начнём всё же с "официальной" части, то есть с самих рамок. С реформ, про которые большая часть политологов почему-то редко упоминает, обходясь туманными фразами про "укрепление вертикали власти" и роли государства. Какая такая вертикаль? Нужно ли её укреплять? Какая роль государства? Чем это грозит? Кому вообще выгоден этот туман вокруг реформ? Попробуем его немного развеять. Речь идёт прежде всего о трёх пакетах законов, которые часто называют реформами Козака и Шувалова. Это проект группы Козака по переходу недропользования с лицензий на концессии, козаковская же реформа местного самоуправления и административная реформа группы Шувалова.

Предложения Козака по переходу сырьевых отраслей на режим концессии прежде всего приводили в действие закон "О недрах", где реализовывался принцип государственной собственности на недра и их содержимое. Действовавшая лицензионная практика этот принцип частично нарушает и служит источником коррупции для чиновников, выдающих лицензии. Речь идёт прежде всего о принадлежности извлекаемых ресурсов, которые по действующей практике лицензий принадлежат добывающим компаниям и служат источником их сверхприбылей. Предлагавшиеся поправки к закону предполагали использование принципа концессии вместо лицензий. Смысл концессии в том, что добывающие компании получают прибыли не за счёт продажи природного ресурса, а за счёт услуг государству по его добыче. То есть добывающие компании становятся подрядчиками государства по добыче, сами же ресурсы остаются в собственности у государства даже после того, как их извлекут из недр. Иначе говоря, вся добытая нефть остаётся в собственности у государства и все прибыли от её продажи идут в бюджет. А прибыли добывающих компаний определялись бы только их вкладом в добычу ресурсов и не зависели бы от рыночных цен на нефть, они стали бы соответствовать средним прибылям обрабатывающей отрасли.

При успешном проведении реформы раздутый флюс сырьевой экономики перестал бы существовать, крупный сырьевой бизнес утратил бы привилегированное положение за счёт необоснованной сверхдоходности, а реформа сделала бы экспорт энергоресурсов более значимым источником для бюджета помимо таможенных пошлин и налогов. Что, в свою очередь, дало бы возможность повысить траты государства на различные инфраструктурные проекты вроде строительства социального жилья и дорог, на науку и образование, на оборону и космос... На пресловутую модернизацию, в конце концов. И речь не шла бы о национализации нефтяной отрасли, чего так боятся либералы - речь идёт о более справедливом распределении доходов от продажи природных ресурсов страны, являющихся государственной собственностью по основному закону. Всё оборудование, вся техника и основные фонды добывающих компаний остаются в их собственности.

Нет смысла углубляться в положительные стороны данной реформы... По-сути эта реформа означала бы приведение действующих законов в соответствии с тем, что вроде бы записано в Конституции, но не реализуется на практике. И практика концессий в добывающей отрасли не является новой. Её, к примеру, использует Саудовская Аравия и эта практика сделала саудитов одним из самых богатых народов арабского мира. Перешла к этой практике и Венесуэла после национализации недр. Использовал её когда-то и Ленин во времена НЭПа, добившись значительных успехов в восстановлении экономики после гражданской войны. То есть эта практика имеет большую историю, доказывающую её эффективность.

Однако сразу после появления информации о содержании "козаковского пакета" в СМИ прошла кампания по его дискредитации, организованная нефтяными королями. Все сроки рассмотрения пакета законов были провалены правительством Касьянова, но даже и после прохождения правительства пакет законов не имел бы шансов быть принятым Думой, где нефтяниками были скуплены все основные партии включая КПРФ. В результате реформу пришлось отложить, а сверхдоходы нефтяников подрезать таможенной пошлиной. Правда главный спонсор нефтяного лобби в Думе оказался за решёткой, а тормоз реформ в правительстве - Касьянов отправлен в отставку. Но на этом история реформы прерывается. Ныне таможенная пошлина и налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) практически вдвое снижают доходность этого бизнеса, возвращая часть реализованной стоимости сырья государству, но даже по официальным данным он остаётся сверхприбыльным:

"Изъятие сверхприбыли у российских нефтяных компаний производится за счёт увеличения экспортной пошлины на нефть, а также путем пересмотра базовой ставки налога на добычу полезных ископаемых. Однако в соответствии с приказом ФНС России от 30.05.2007 (№ММ-3-06/333 "Учёт. Налоги. Право. Официальные документы." 2007, N21) рентабельность проданных товаров, продукции, работ, услуг по такому виду экономической деятельности, как добыча топливно-энергетических полезных ископаемых в 2006 году, составляла 29,5%. В 2002 г. года рентабельность была 24,3%, в то время как общемировые показатели рентабельности 15-17%. Таким образом, несмотря на увеличение налоговой нагрузки, рентабельность добывающих предприятий растёт."
Несмотря на то, что задуманная реформа не получила развития, сама идея концессий как формы хозяйственной деятельности всё же нашла своё воплощение через три года в виде закона «О концессионных соглашениях», принятого Госдумой в июле 2005 г (№115 ФЗ). В нём определены 14 видов инфраструктуры, по отношению к которым допускается партнёрство частного капитала и государства. В их числе дороги, метрополитен, морские и речные порты, аэродромы, гидротехнические сооружения, системы коммунальной инфраструктуры и многое другое за исключением недр. В каком-то смысле можно считать, что законодательная база под концессии на недропользование всё же была положена, осталось только включить их в список. И 30 июня 2008 г. президент Медведев даже подписал Федеральный закон «О внесении изменений в Федеральный закон «О концессионных соглашениях» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (от 30 июня 2008 года N 108-ФЗ), в котором было разрешено использовать и недра в качестве предмета для концессионного соглашения, но при этом, однако, деятельность концессионера не должна быть связана с добычей полезных ископаемых! То есть нефтедобычу опять исключили из сферы действия закона. Почему? Думаю всем понятно. Сейчас борьба за введение концессий на добычу энергоресурсов идёт даже на уровне чисто научного спора, даже диссертации защищают по этой теме. Что, конечно, будет полезно в плане более полного обоснования возможной реформы, которая хотя и отложена в "долгий ящик", но очевидно давно была в планах президентской команды и не забыта полностью...

Другой пакет законов под названием реформы местного самоуправления (МСУ) имел уже более значимый успех. Их автором так же является Дмитрий Козак и законы после продолжительных баталий были приняты Госдумой в сентябре 2003 года. В результате реформы руководители регионов - губернаторы стали назначаемы президентом, а избираемые на местах мэры поставлены в финансовую зависимость от региональных властей. Всё вместе это привело к укреплению вертикали власти, к её большей централизации и снизило вероятность конфликтов местных органов власти с федеральным центром. И это не имеет отношения к урезанию гражданских прав избирателей, как любят рассуждать представители либерального крыла оппозиции. Избиратель выбирает президента, который уже назначает губернаторов, тут зависимость власти от избирателей осталась. Не стало только возможности конфликта между различными её ветвями.

Особого смысла в избираемости губернаторов нет, как его нет в избираемости каждого представителя власти вплоть до полицейского. Нам важнее сохранить монолитность этой власти для её дееспособности вообще, нежели общественный контроль над каждым её звеном. В условиях внешнего давления, направленного на усиление центробежных тенденций в России, такой подход безусловно положительно повлиял на укрепление государства. Это сразу сказалось, хотя очевидное сопротивление действующих на момент реформы губернаторов привело к тому, что полная её реализация была отложена на 2005-2006 годы до истечения сроков полномочий уже избранных глав регионов. Реформа кроме укрепления центральной власти меняла значительно и принципы финансирования регионов. Регионы получили больше за счёт центра. И рядовые граждане это смогли почувствовать - те же дороги начали ремонтировать именно после этой реформы.

Пакет законов под названием "административной реформы" был разработан группой Шувалова и предназначался для оптимизации работы правительства. Оптимизация касалось как сокращения министерств и ведомств, так и сокращения распорядительных функций при увеличении контрольных. В том числе над региональными властями, имеющих свою долю от распределения лицензий на пользование недрами. Правительство отстраивалось под управление большим бюджетом при минимизации коррупционных возможностей. Реформа изначально попала в руки Касьянова, который её саботировал, но после его отставки получила некоторое развитие в правительстве Фрадкова. Несмотря на сопротивление чиновников, теряющих свои "внебюджетные" источники доходов, реформа постепенно проводилась. В частности роль прежде незаметного министерства регионального развития выросла многократно - министерству переданы в управление инвестфонд и федеральные программы, которые сделали ведомство одним из самых влиятельных министерств в правительстве. И самое примечательное, что сразу после реформы это министерство некоторое время возглавлял Дмитрий Козак (с 24 сентября 2007 года по 14 октября 2008 года) - главный путинский реформатор, бывший когда-то заместителем руководителя администрации Президента, а ныне заместитель Председателя Правительства Российской Федерации. К этому человеку следует очень внимательно присматриваться, его роль в российской власти чрезвычайно высока.

Рассуждать о реформах можно было бы и дальше, но к сути это бы уже много не прибавило. Противники Путина будут утверждать, что в них нет ничего, что шло бы вразрез с личными корыстными интересами Путина и его команды. Больше власти - больше возможностей ею злоупотребить. Я даже не буду возражать. Да, именно так. Но как инженер добавлю, что если вы хотите чем-то управлять вообще, то вам нужен надёжный управляющий механизм. Хотите доехать на автомобиле в нужное вам место - вам нужно надёжное рулевое управление в этом автомобиле. Если его не будет, вы может и приедете куда-то, но совсем в иное место. Поэтому если мы хотим, чтобы Россия в принципе могла двигаться и развиваться в соответствии с нашими желаниями, то мы должны предоставить власти возможность ею управлять. И отдельно поставить вопрос о том, чтобы эта власть вела страну в нужном нам направлении. И для этого обществу проще контролировать лишь её центральный орган, а не все звенья иерархии одновременно.

Государство, как организующая сила общества, позволяет концентрировать общественные ресурсы в самых необходимых для общества направлениях и вой либералов по поводу излишнего укрепления государственной власти и "тоталитарного режима" очевидно направлено в пользу конкурирующих геополитических центров, а не является проявлением заботы о попранных "режимом" гражданских свободах. Этих свобод и так чрезвычайно много - именно благодаря этим свободам СМИ и забиты стенаниями либеральной интеллигенции об укреплении "режима". Был бы "режим", не было бы и этих криков - самое простое доказательство обратного. Что касается контроля общества над центральной властью, то прошедшие совсем недавно выборы убедительно показали этот контроль, несмотря на попытки оппозиции доказать наличие фальсификаций. Попытка спровоцировать беспорядки на фоне якобы "массовых фальсификаций" выборов, режиссировалась из-за границы, в Россию даже был прислан послом главный спец по оранжевым революциям, но российские власти достаточно грамотно отразили атаку. Массовые выступления общественности были, но не против Путина, а в его поддержку. На этом фоне врать про фальсификации выборов было уже совершенно глупо. Информационную войну на этот раз выиграл Кремль.

Это то, что касалось реформ и укрепления вертикали власти. Однако, говоря о стратегии команды Путина, важно обратить внимание на те процессы, которые шли в экономике одновременно с изменениями в действующем законодательстве. Эти процессы по большому счёту определяют гораздо больше в сути стратегии Путина. Понятно, что попытка внедрения практики концессий и национализация ЮКОСА более всего доказывает стремление к концентрации основных ресурсов в руках государства. И речь тут не идёт о смене идеологии с либерально-капиталистической на некую "социалистическую модель". К такой социалистической модели ближе всего находится Белоруссия, с которой на этой почве и имеется масса конфликтов. Речь идёт скорее о неком балансе частно-капиталистических и государственных интересов. Как выяснилось, этот баланс может быть достигнут на очень разных уровнях влияния государства на рынок.

Практика 90-х годов показала, что при полном самоустранении государства от стихии рынка, основную роль в экономике страны приобретают иностранные ТНК, а страна превращается в сырьевой придаток западной экономики, то есть, по-сути, становится колонией с нищим и вымирающим населением. Это вполне закономерный результат - крупные иностранные компании давно адаптированы к свободному рынку и легко могут конкурировать с мелкими отечественными производителями. Падение ВВП России в 90-х годах в два раза и дефолт государства в 1998 году - очевидное следствие такой политики. Сильнейший кризис конца 90-х годов привёл как к смене власти ("добровольный" уход Ельцина), так и к смене государственной политики в отношении внутреннего рынка. Причём эта смена политики не была оформлена в виде какой-либо официальной программы. Почему? Этому тоже имеется причина.

Конечно, произнести чётко слова, которые бы определили политику президентской команды в условиях идеологического разброда означает тут же поляризовать общество, инициировать раскол, что естественно отрицательно повлияет на достигнутую политическую стабильность, а в итоге и на все наметившиеся положительные изменения. Путин публично открестился от госкапитализма, который ему приписали. Хотя все объективные признаки говорят именно за него. И в этом нет ничего странного, это естественная тенденция общемирового развития. Россия тут идёт лишь общим курсом! Капитализм сам становится всё более социальным и государственным. Для него это единственный выход из перманентного кризиса. В тех же США после реформ Рузвельта обозначилась тенденция всё большего влияния государства на экономику. Если до реформ частный сектор определял до 88% национального дохода, то к 2004 году частный сектор экономики занял лишь 57%, остальное занимает государство в различных ипостасях. Экономика США почти на половину государственная, об этом мало говорят, но это так.

Либеральные экономисты критикуют подобную политику правительства США, не понимая, что это вынужденный тренд системы капитализма, тенденция, обусловленная принципиальными противоречиями развития свободного рынка. Рост экономики капитализма постоянно упирается в потолок платёжеспособного спроса и только государственное регулирование рынка и постоянный рост государственных расходов может поднять планку спроса и дать тем самым экономике возможность дальнейшего роста. Предел такого процесса очевиден - полностью государственная экономика, экономика социализма. Конечно, такие выводы экономистов не в интересах правящей элиты запада и нобелевские премии дают за экономические теории, наиболее тщательно ретуширующие этот факт. И вряд ли сам Путин руководствуется подобными идеями. Его действия продиктованы гораздо более конкретными соображениями, имеющие скорее характер выбора выигрышной стратегии в текущей экономической ситуации, нежели абстрактных макроэкономических теорий. И, тем не менее, выбранная им стратегия оказалась в рамках наиболее верной макроэкономической теории, которая в своё время вывела США из Великой депрессии. Путина и его команду наиболее сообразительные из либералов назвали даже русскими кейнсианцами. С поправкой на конкретные обстоятельства, естественно.

Итак, какой же конкретный план был у Путина и его команды в ходе экономических реформ после 2000 года? В пропагандистской брошюре единоросов, которая была выпущена перед выборами в Думу 2008 года была сделана попытка систематизировать ежегодные послания Путина Федеральному собранию в виде некого плана. В итоге в брошюре выделено пять параграфов:

  1. Сбережение народа. Сохранение богатства языка, традиций и культурного пространства, развития образования и культуры;
  2. Построение конкурентоспособной экономики. Инновационный путь развития. Поддержка отраслей — локомотивов экономики. Развитие инфраструктуры. Поддержка малого бизнеса;
  3. Новое качество жизни граждан. Продолжение национальных проектов. Повышение зарплат. Пенсий. Решение жилищных проблем;
  4. Гражданское общество: реализация интересов каждого;
  5. Суверенное государство. Вертикаль власти. Модернизация власти. Противостояние терроризму.
Естественно, что эти пункты играют роль скорее общих целей, нежели конкретных методов их достижения. Такие цели пишут практически все политические партии. Их можно лишь с большой натяжкой назвать реальным "планом". Вспоминается ещё советская музыкальная сказка по мотивам "Алисы в стране чудес", где песни пел Владимир Высоцкий. Там заблудившаяся Алиса высказала желание найти дорогу. Птица Додо посоветовала ей выработать план. "Найти дорогу - это план?" - спросила Алиса. "План,"- ответила птица Додо. "Ну тогда я пошла по плану!" - заявила Алиса. "Иди, детка, иди," - саркастически сказала ей вслед птица Додо. Далее следовала насмешливая песенка про "планы выполнимые". Сказка высмеивала нашу советскую плановую систему, которая это действительно заслужила, но и к брошюре "Единой России" эту насмешку вполне можно применить. Брошюру Единой России с "планом Путина" совершенно нельзя назвать таковым. И тем не менее план Путина существует и, самое главное, осуществляется. Возможно его нельзя назвать планом именно Путина, очевидно, что авторами его был некий коллектив экспертов. Однако идущие в России процессы невозможно объяснить иначе, как реализацией вполне конкретного и тонко рассчитанного плана действий, существованием хорошо продуманной стратегии. Тут нет никакого блуждания - команда Путина уже давно выбрала свой путь.

Какие же процессы в экономике России можно связать с осуществлением некого плана? Это процесс объединения связанных в технологическую цепочку производств в единые корпорации под крылом государства. Создание государственных холдингов гигантского размера с участием частного капитала. Государственные инвестиции в стратегически важные отрасли производства и модернизация основных фондов ВПК. Процесс мягкой национализации с выкупом частных компаний и передача их активов в руки госкомпаний. Эти процессы в самых разных отраслях экономики имеют чётко скоординированный характер и обеспечиваются созданием специальных государственных структур, как финансовых, так и административных. Процессы приобрели системный характер не сразу с приходом Путина, а лишь к концу его первого президентского срока, их старт скорее всего можно датировать 2004 годом, когда объявили банкротом ЮКОС. Именно к тому моменту можно отнести и полное становление новой государственной структуры власти - институт полпредов, создание федеральных округов, то есть то, что ныне политологи называют "властной вертикалью". Очевидно, что модернизация экономики и не могла идти без создания соответствующих управляющих и контролирующих центральных органов. Они и были созданы в первую очередь.

"Сегодня объем реализованной продукции 10 самых больших государственных корпораций составляет более 20% российского ВВП. В десятке наиболее крупных по объёмам реализации российских компаний 6 принадлежат государству. “Газпром”, формирующий около 8% бюджета страны, по уровню капитализации вошёл в тройку мировых лидеров. В какой степени государство контролирует экономику вообще — никто точно не подсчитал. Несколько лет назад экономисты говорили, что размеры госсектора составляют 34% экономики, но если просуммировать деятельность всех госкомпаний и ФГУПов, то мы получим до 50% ВВП. С тех пор присутствие государства в экономике только увеличилось. Андрей Нещадин из Экспертного института сравнивает возникшую экономическую систему с ленинским нэпом, Лилия Шевцова из Фонда Карнеги пустила в оборот сравнение с системой южнокорейских корпораций-чеболей, а бывший экономический советник президента Андрей Илларионов прославился термином “венесуэлизация” — поскольку Венесуэла в своё время тоже национализировала нефтяную промышленность и довела свой госсектор до 60%."
Надо отметить, что бывший советник Путина Илларионов критикует Путина за "венесуализацию" уже сидя в Вашингтоне. Видимо его больше устроил бы пример Чили. Вообще, возникает ощущение, что с советниками Путину не везёт - глава "Экспертного управления президента РФ" Аркадий Дворкович так же критиковал Путина за создание моды на государственные корпорации. Возможно в конце концов ему тоже грозит карьера в Вашингтоне, тем более, что образование он получил именно в США, но в итоге начинает казаться, что Путин действует вопреки советам своих же экспертов. Зачем же тогда он их назначал? И всё же это обманчивое впечатление, которое создаётся лишь из-за "фильтров" СМИ, благодаря которым в СМИ озвучиваются лишь либеральные взгляды. Ещё на заре президентства Путина, в 2000 году, появилась одна примечательная публикация под авторством Александра Игнатова (генерального директора информационного аналитического агентства при Управлении делами президента РФ) о стратегии "глобализационного лидерства" для России. Именно эта давняя публикация наиболее точно описывает реально выполняемую программу, столь далёкую от идеалов либерализма. Тогда эта публикация не привлекла особого внимания, поскольку не была связана с конкретными действиями правительства. Сейчас она должна восприниматься максимально серьёзно, ибо выполняется с точностью "до запятой".

Хотя текст программы Игнатова и включает в себя некоторые расхожие мифы об объективности процесса глобализации, прогнозы о развитии процесса глобализации и соответствующий выбор стратегии для России кажутся абсолютно верными. Прогнозы Игнатова сводятся к усилению роли транснациональных корпораций и к "процессу укрупнения государственных и надгосударственных образований", к развитию глобальных "виртуальных" рынков - финансового, валютного, фондового, к глобализации самых общих принципов управления. Основной упор Игнатов делает на усилении роли крупных компаний, создании и деятельности глобальных торгово-экономических объединений и союзов. Это действительно имеет принципиальный характер - свободный глобальный рынок даёт сильнейшие преимущества именно крупным компаниям, которые в юго-восточной Азии получили названия сюданов (Япония) или чеболей (Южная Корея). Благодаря именно им Юго-восточная Азия сделала рывок в своём развитии и составила конкуренцию западным корпорациям.

Мой личный опыт работы в такой компании говорит о том, что законы конкуренции приводят к появлению таких компаний совершенно автоматически. Они гораздо лучше адаптированы к изменяющимся требованиям рынка, нежели мелкие предприятия независимо от формы собственности. В конечном итоге можно даже говорить о монополиях - их появление уже никак не остановить антимонопольными законодательствами отдельных стран, будь то добыча газа или производство программного обеспечения. Тут уже поздно бороться с процессом, нужно пытаться использовать его в интересах страны и народа имея свои джокеры в мировой колоде монополий. Вариант именно такой стратегии и предложил Игнатов. Что же он предложил конкретно?

"Одной из основных задач глобализации управления является формирование российских сверхкорпораций - топливно-энергетической, золото-алмазной, аэрокосмической, военно-промышленной... "Газпром", РАО "ЕЭС России" и Минатом должны стать ядром российской топливно-энергетической сверхкорпорации... Россия должна сформировать золото-алмазную сверхкорпорацию на базе компании "Алроса" с условием присоединения к ней всех золотых и серебряных приисков России и стран СНГ... После объединения всех российских авиационных и космических предприятий следует сделать следующий шаг - решить вопрос о слиянии Российского аэрокосмического комплекса с Европейским консорциумом в единую сверхкорпорацию, где космическая промышленность и военное вертолётостроение останутся за Россией, гражданская авиапромышленность - за европейскими партнёрами, а военное самолётостроение будет сферой совместных разработок... Военно-промышленная сверхкорпорация должна объединить в себе все российские государственные и приватизированные предприятия, связанные с разработкой, производством и торговлей вооружениями и военной техникой."
Нетрудно заметить, что процесс объединения производственных активов в экономике России во многих деталях повторяет замыслы Игнатова c поправками лишь на внешние обстоятельства. Так возникла госкорпорация ОАК, объединившая авиапром, но вот попытка  объединится с Европой в авиастроении встретила отпор в лице европейских собственников аэрокосмического концерна EADS. Попытка состояла в покупке 5% акций концерна государственным Внешторгбанком, который часто служит посредником между государством и частным бизнесом в процессе мягкой национализации. В дальнейшем планировалось увеличение пакета акций и передача его во владение ОАК - "Объединенной авиастроительной корпорации" с целью участия в управлении EADS и соответственно получения доступа к европейским технологиям авиастроения. Россия пыталась получить место в совете директоров EADS. Однако ей было в этом отказано. Крайне жёсткую позицию заняла германский канцлер Ангела Меркель, которая была категорически против вхождения России в концерн, несмотря на сильнейшее давление со стороны Путина. Была попытка объединить автозаводы группы "ГАЗ" и немецкого "Opel", принадлежащего американскому концерну GMC. В связи с кризисом тот выставил на продажу немецкую компанию. Сделка суммой в миллиард евро сорвалась в последний момент - американцы отказались продавать немецкие технологии русским. Примерно в это же время китайская компания Geely официально объявила о покупке шведской компании Volvo у американского концерна Ford. Китайцы заплатили за Volvo $1,8 млрд, хотя в 1999 году сама компания Ford приобрела Volvo за гораздо более внушительную сумму – $6,4 млрд. Здесь стоит отметить, что Geely покупает не только права на бренд и оборудование для выпуска автомобилей, но и всю интеллектуальную собственность Volvo. Русофобия запада может очень сильно скорректировать планы Путина, пытающегося получить доступ к западным технологиям за счёт поставок энергоресурсов.

Image
Переговоры с главой Рено-Ниссан

Впрочем, многое Путину всё же удалось сделать в этом направлении. Например компания "Ситроникс Микроэлектроника" совместно с "Роснано" 17 февраля этого года в Зеленограде открыла завод по серийному производству чипов с топологическим размером 90 нм. Технология закуплена у французской компании ST Microelectronics. Таким образом решается проблема отставания России в области полупроводниковых технологий, проблема, имеющая непосредственное отношение к обороноспособности страны. И, тем не менее, заметно, что запад очень неохотно предоставляет доступ России к своим технологиям. России приходится использовать очень окольные пути для модернизации своей экономики. Это прежде всего метод участия в собственности, когда российскими компаниями приобретается доля акционированного капитала в западных компаниях. Иногда делается обратная процедура - продаётся часть акций российской компании с условием будущего технологического вклада со стороны иностранного покупателя. Так происходило с АвтоВАЗом, где Путин предложил альянсу «Рено-Ниссан» половину акций завода. Только на таких условиях запад начинает делиться технологиями.

Продолжение следует...

Часть 1часть 2часть 3 .

 

У вас нет прав для комментирования. Зарегистрируйтесь.

« Уго Чавес опять победил на выборах.   Антифальсификационная волна и перспектива "оранжевой" революции в России. »
| Дизайн malchish.org