Сайт Мальчиша-Кибальчиша


Главная arrow Современная политика arrow Дилемма США: распад страны или Третья мировая война. Часть первая.
22.09.2017 г.
Разделы
Партнёры


Реклама

Дилемма США: распад страны или Третья мировая война. Часть первая.

Печать E-mail
(2 голосов)
Автор Юрий Баранчик   
25.02.2008 г.

Постановка проблемы. Любое действие предполагает понимание причин, вызвавших это действие, и планирование целей, которые должны быть достигнуты. Анализ происходящих в мире событий показывает, что за последние несколько месяцев произошла резкая активизация действий основных мировых игроков, прежде всего, США и ряда стран Запада по переформатированию как правил игры, так и карты мира. Сейчас перед элитой России и ряда других стран стоит задача адекватно понять причины резко проявившегося стремления США переформатировать систему международных отношений «по праву сильного», возможных вариантов их действий, а также выстроить свою иерархию целей, которые бы гарантировали безопасное, устойчивое и гармоничное развитие своих стран и народов. После Косово внимание политически активной аудитории сконцентрировано в основном на последствиях односторонних действий США и некоторых их союзников, а также на том, что остальные страны могут предпринять в ответ и вообще – будет ли он, этот ответ. 

В этом плане настоятельно рекомендуем к прочтению статью Авантюриста «Косово 2008 – “Судеты 1938”. Кто станет “Польшей 1939”? Олимпиады в Сочи не будет...» (http://www.avanturist.org/2008/02/blog-post_19.html). Рассмотрение этих вопросов невозможно без анализа причин, которые побудили США перейти от преимущественно разговоров по переформатированию мира к практическим действиям.

Поэтому главный вопрос заключается в следующем: почему именно сейчас США пошли на силовой слом действующей в мире системы отношений? Ответ на этот вопрос можно дать, только рассмотрев как политические, так и экономические факторы происходящих событий. Рассмотрим их по порядку.

Политические факторы.

Во-первых, необходимо обратить внимание на то, почему именно отделение Косово, а не бомбежки Югославии или агрессия против Ирака, символизирует начало новой эпохи в мировой политике. Многие аналитики выстраивают эти события в один ряд, полагая их звеньями одной цепи. На мой взгляд, это не так.

Принципиальнейшее отличие Косово от Югославии или Ирака заключается в том, что ранее США и ряд стран Запада не утверждали, что только они обладают монополией на трактовку норм международного права – как их применять, когда можно, а когда нельзя.

В двух предыдущих случаях США и их сателлиты, по крайней мере, ссылались на необходимость защитить демократию (Югославия), или же устраивали всемирную провокацию, обвиняя режим С.Хусейна в наличии ядерного оружия, прямо говоря при этом, что они идут в разрез с нормами международного права для достижения своих целей. Но «идти вразрез» – это, тем не менее, означает признание того, что есть нормы и правила, которые ты нарушаешь. Это как в логике – отрицание всегда вторично по отношению к отрицаемому.

В случае с Косово мы имеем принципиально иную картину. Своими действиями США пытается получить исключительное право не только трактовки норм международного права, но и новых для него «прецедентов», которые, судя по всему, после Косово, проявятся в таком количестве, что заменят собой четкую систему нынешних международных норм.

Поэтому вопрос «прецедента», того, что одна группа стран получает право на то, чтобы именовать то или иное новое событие в мировой политике «прецедентом» - являются ключевым в споре вокруг Косово. Это – главное отличие данного конфликта от Югославии и Ирака.

Т.к. в этом трудном деле США нужна как можно большая легитимность, они уже сейчас («под Косово») пытаются создать свою коалицию стран, которые, однажды приняв их правила игры, будут и в дальнейшем помогать США давить весом, т.е. своим количеством на остальных несогласных.

Право единолично определять правильность происходящего в мире - и есть Новый Мировой Порядок, который должен по замыслу США заменить собой старый отживший мир ялтинско-потсдамских соглашений, базировавшийся на примерном военно-политическом равенстве двух идеологически полярных блоков.

Исходя из такого понимания главной проблемы Косово (что оно не должно стать прецедентом) и должны исходить другие страны в своих действиях по делегитимации этого «прецедента».

Какая тут может быть «методология противостояния».

Первая группа сценариев - довести саму трактовку Косово как прецедента до абсурда. Первые шаги в этом направлении уже делаются – это работа в направлении провозглашения независимости косовских (Митровица) и боснийских сербов, чему США и ЕС стали яростно сопротивляться.

Вторая группа сценариев заключается в демонстрации силы путем признания других «прецедентов» и выведения их аналогичным образом из-под юрисдикции ООН: одностороннее принятие решения, создание своего блока сторонников и блокирование резолюции Совета безопасности. Главный в этой группе сценариев вопрос в том, готовы ли другие мировые игроки к осуществлению действий по данному сценарию.

На сегодня, насколько позволяют об этом судить открытые источники информации, другими центрами силы принята стратегия не замечать нынешних и будущих действий США и тихо гнуть свою линию в надежде на их экономическое удушение. Такая стратегия имеем и свои плюсы, и свои минусы. К плюсам можно отнести то, что эти центры приберегают свои аргументы и «прецеденты» до поры до времени, предполагая, что придет время и «ураган» сам выдохнется.

Какой же из этих двух вариантов реагирования более верный?

Для кого-то более близким и, соответственно, оправданным будет первый вариант реагирования, кому-то - второй. Но это будут – наши субъективные предпочтения, зависящие от того, у кого какая «картина мира» имеется. Как же уйти от этого субъективизма и с позиции более объективных критериев оценить, какой из двух сценариев будет более результативным? Под результативностью в данном случае мы подразумеваем защиту национальных интересов и возвращение всех без исключения субъектов мировой политики в правовое русло.

Очевидно, что необходимо сформулировать вопрос, проблему, ответ на который покажет, какой из двух вышеописанных сценариев реагирования является более результативным, а какой менее. На мой взгляд, этот центральный вопрос выбора стратегии реагирования можно сформулировать следующим образом: «Какая стратегия действия других центров силы заставит США вернуться в правовое русло?»

На мой взгляд, очевидно, что первая стратегия, стратегия «незамечания», не заставит США вернуться в правовое русло. Наоборот, прощупывание реакции других центров силы штатовцами продолжится. Продолжится до тех пор, пока они не увидят наконец-то перед собой барьер, через который перейти не смогут. На этом односторонность их действий закончится, и они вступят в переговоры. Однако, переговоры переговорами, а завоеванные позиции останутся за ними.

Их переговорная позиция будет примерно такой: все, что сделано – уже сделано, к этому возвращаться бесполезно (аналогично эпохе российской приватизации), столько нагорожено, что и не расхлебать. Поэтому давайте играть с чистого листа, основываясь на том, что мы имеем на сегодня. Т.е. разговор будет предельно жесткий и конкретный. А когда наступит это «сегодня», что будут иметь реально другие центры силы, что они смогут положить на стол переговоров, чтобы отмотать ситуацию назад, например, до Косово. Скорее всего, ничего серьезного. Поэтому придется смириться с расширением сферы влияния США и перейти к новым правилам игры.

Т.е. чем больше у США будет времени для расширения зоны своего влияния (как внешней - территориальной, так и внутренней – страны-сателлиты) и апробации новых правил игры, тем меньше у других мировых игроков шансов на восстановление прежнего статус-кво. Следовательно, играть придется по новым правилам, преимущественно устраивающих США.

К минусам такого «страусиного» подхода можно отнести и то, что чем больше времени будет у США для подтверждения новых правил игры, тем больше стран они загонят в свой лагерь. Следовательно, их переговорные позиции будут более прочными – с опорой на мнение «мирового сообщества».

Минусом «страусиного» подхода является также и то, что США будут идти со своей скоростью и решать те задачи, в том числе, военно-технологические, которые они перед собой ставят. Нереагирование их не остановит, наоборот, придаст дополнительную уверенность в своих силах. Их пи-ар машина также наберет ход. В это же время жители других центров влияния будут жить либо в иллюзии, что все под контролем, можно жить в прежнем ритме, либо, что власти «нас предали». Это будет означать, что время, этот важнейший мобилизационный ресурс, будет упущено.

Сталин еще в 1930 году знал, что вероятность войны с Германией очень высока. Поэтому и были приняты пятилетние мобилизационные планы развития страны. И вся страна готовилась к предстоящим трудным событиям. Люди были психологически готовы. А это является одним из важнейших условий управляемости страной в кризисных ситуациях и уверенности руководства страны в том, что оно может пойти на те или иные шаги как в международной политике, так и во внутренней.

Соответственно, все минусы «страусиного» подхода являются плюсами «реалистичного». Во-первых, чем раньше и чем сильнее будет силовая реакция на действия США, тем раньше они остановятся. Во-вторых, в области массовой психологии будет предельная ясность, как для народов стран, которых хотят завоевать, так и для «народов-захватчиков». И большой вопрос, захочет ли общественное мнение Запада пойти на новые лишения и тяготы военного времени.

В-третьих, что особенно важно, мобилизационная модель поведения позволит серьезно расчистить внутренне политическое пространство и избавиться от массы негативных явлений общественной жизни, доставшейся в наследство эпохе Путина от эпохи Горбачева и Ельцина. Например, от холеной «радзиховщины», которой непонятно, чего все так распереживались за Сербию больше, чем сербы. Потому что в условиях мобилизации такая гламурная «павловщина» или «радзиховщина» будет приравниваться к предательству. Такая постановка вопроса особенно актуальна для той части российской элиты, которая в случае прихода Запада станет для него гораздо более своей, чем сейчас для России.

Да, очень больно отказываться от прежнего старого «доброго» мира, который нам понятен. Но его уже нет. Сохранение его умирающих или уже мертвых международных институтов «типа» ООН – это только для нас, «непосвященных», чтобы потом «огорчить» резко и неожиданно. Необходимо наше личное мужество признать, что старый мир умер, и мы все сейчас начали жить в принципиально новой ситуации, ситуации непосредственной угрозы нашим жизням и жизням близких нам людей.

Сегодня Косово. Уже вчера. А кто даст гарантии, что завтра или уже сегодня не принято решение демократизировать в одностороннем порядке Иран, Беларусь, Украину, Россию? Что завтра в отношении любой страны не будет принято очередное решение, которое будет направлено на решительный слом все инфраструктуры жизни миллионов людей в угоду чьим-то непонятным интересам?

Т.е. налицо ряд очень серьезных плюсов ответного, по своей сути, силового сценария реагирования.

Рассмотрим его минусы. Его главный минус – слабость центров силы или неготовность элит для его осуществления, потому что такой подход предполагает переход от политкорректных и зачастую непонятных непосвященным «дискурсивных практик» к предельно прозрачному, понятному даже неграмотному дворнику дискурсу, где «белое» называется «белым», а «черное» - «черным».

Поэтому представляется, что более верным является силовое реагирование и окончательный открытый отказ от изжившей себя системы мирового устройства, отказ от ООН и переход к двухуровневой системе международной безопасности. Более подробно об этом написано автором в статье «Косово: закат ООН как института мировой политики. Начало новой "силовой" эпохи» (http://www.imperiya.by/authorsanalytics19-971.html).

Что же в этой ситуации делать России. Некоторые «товарищи» говорят, что ничего страшного не происходит, мол, волноваться не стоит, все идет по плану. Другие говорят, что Россия должна принять жесткие меры в ответ: не только признать Приднестровье, Южную Осетию и Абхазию, но и пойти на создание «русских республик» в составе прибалтийских, создать военную базу в Сербии, вернуться к базам на Кубе и во Вьетнаме.

Я считаю, что это неверная, неправильная постановка вопроса. Такая постановка вопроса перепрыгивает другой, гораздо более важный вопрос, который содержит предыдущий вопрос в себе как вложенный: позволяют ли людские, материальные, военные, экономические, геополитические и другие ресурсы и возможности руководству России сделать то, что предлагают ему авторы вышеперечисленных шагов?

Если, по оценке руководства России, страна может пойти на такие и другие, гораздо более жесткие ассиметричные шаги (по сравнению с которыми признание трех «непризнанных республик» – детский лепет), но которые будут «по достоинству» оценены основными «партнерами по диалогу», то это надо делать. Если же, по оценке руководства России, страна еще не готова к последствиям таких шагов, то их делать не стоит.

Т.е. главный вопрос заключается не в том, что делать, а в том – может ли Россия с учетом внутренних и внешних факторов сейчас себе это позволить или нет. Именно характер ответных мер позволит нам всем оценить реальную, а не виртуальную силу России.

Завершая рассмотрение первого пункта нашего исследования, отметим, что в нем не содержится ответа на поставленный нами в самом начале первой части статьи вопрос – какие политические факторы повлияли на решение США пойти на резкий слом нынешней системы мировых отношений.

Создание прецедента является не причиной завершения предыдущей эпохи мировых отношений, а первым наглядным примером того, что прежняя система международного права перестала действовать, поскольку изжила себя та система блокового противостояния, на которой она была основана. Однако эта система перестала действовать еще в 1991 году. Почему же США ждали столько лет, особенно с учетом того, что Россия 90-х годов прошлого столетия была неизмеримо слабее нынешней, и только сейчас пошли на этот шаг? Не логично.

Поэтому необходимо рассмотреть другие возможные политические факторы принятия США решения о переформатировании глобальных правил игры. Если же таких политических факторов не окажется, следовательно, причины, побудившие США резко пойти на слом ныне действующей системы мировых отношений, имеют экономический характер.

Рассмотрению других возможных политических факторов принятия руководством США данного решения будет посвящена вторая часть нашего исследования. Т.к. признание независимости Косово означает насильственную ликвидацию ялтинско-потсдамской системы мирового устройства, то особое внимание при этом будет уделено военно-политическим вопросам, например: какова в новых условиях вероятность возникновения глобального вооруженного конфликта или нескольких региональных? Как скоро возможно его (их) возникновение? Какой характер будут носить боевые действия? Готова ли армия США к длительному наземному противостоянию и массовым потерям численного состава в условиях отсутствия достижения решающего превосходства в воздухе? Какова по времени будет фаза активного противостояния и что последует за ней? 


(продолжение следует)
 

У вас нет прав для комментирования. Зарегистрируйтесь.

« Дилемма США: распад страны или Третья мировая война. Часть вторая   Косово в глобальной стратегии США по переходу к Новому Мировому Порядку »
| Дизайн malchish.org